April 30th, 2012

Николай Александрович Зиновьев.

Выйдешь,  станешь  на  кургане:
В небе как  и  в  старину,
Коршун,  плавая  кругами,
Набирает  вышину.
И стоишь  ты,  как  разиня,
Крест  неспешно  сотворя,
А вокруг  —  твоя  Россия.
Да…  пока  ещё  твоя…

Здесь  плоть  моя,  а  дух  мой  там,
Где  места  нет  душевной  лени.
И скачет  сердце  по  следам
Давно  ушедших  поколений.

Там  подвиг  духа,  подвиг  ратный
Спасают  отчие  края,
Сильна  там  Родина  моя…
И горек  сердцу  путь  обратный.

 

ОКНО  В  ЕВРОПУ.

Я жить так  больше  не  хочу.
О,  дайте  мне  топор,  холопу,
И гвозди  —  я  заколочу
Окно  постылое  в  Европу.
И ни к чему  тут  разговоры…
Ведь  в  окна  лазят  только  воры.

«Как  живёшь?»  «Да  скриплю»,  —  отвечает
На  вопрос  чей-нибудь  кто-нибудь.
И ответив,  он  даже  не  чает,
Что  проник  в  сокровенную  суть.
В погибающей  нашей  Отчизне,
Где  живущим  свет  белый  не  мил,
Засыхает  само  древо  жизни
И протяжно  скрипит  на  весь  мир.

 

Я при  людях  не  плачу,  не  баба…
Но,  двуглавый,  не  слишком  ли  слабо

Держишь  в  лапах  остаток  страны? -
Чуешь  пристальный  взгляд  сатаны? -

 
Ты вонзи  свои  когти  поглубже,
Позабудь  вековую  усталость.

Если  хватку  ослабишь,  то  тут  же
Вырвут  даже  и  то,  что  осталось.

 

Давно  по  миру  слух  ползёт,
В умах  родившись  не  в  убогих:
Россия  скоро  упадёт. -
Не  веселитесь  наперёд! -
Коль    упадёт  –  придавит  многих.
А может  статься,  что  и  всех…
Что,  кроме  мокрого  следа,
Тогда  останется  от  мира?
Молитесь  лучше,  господа,
За  нашу  Русь,  а  то  —  беда.


Так  мне  пророчествует  лира.

 

РУСЬ-ТРОЙКА
Сани  быстры,  кони  бойки  –
Дремлют  в  гривах  их  ветра.
Но,  увы,  к  трактирной  стойке
Пригвождён  ямщик  с  утра.
Посидел  он  честь  по  чести  –
Вышел  в    липкой  темноте:
Тройка  здесь,  и  Русь  на  месте,
Да  фальшивые,  не  те.
Не  заметил  он  подмены,
Не  услышал  хохотка
И пошли  тут  перемены:
Русь  пустили  с  молотка. -
Что  теперь  искать  причины?
Что  искать  следы  беды? -
Мало,  что  ли,  чертовщины:
Водка,  глупость,  лень,  жиды. . .

 

Куда  идём?  Кого  мы  встретим?
Что  ждёт  нас,  русских,  ад  ли  рай?
Нам  всё  равно.  Давай  отметим.
Давай  по  полному?  Давай!
Собаки  лают,  как  наганы,
Нас  что-то  страшное  ждёт,  брат:
Когда  мы  сдвинули  стаканы,
Они  ударили  в  набат…

 

У  карты  бывшего  Союза,
С  обвальным  грохотом  в  груди
Стою.  Не  плачу.  Не  молюсь  я.
А просто  нету  сил  уйти.
Я глажу  горы,  глажу  реки,
Касаюсь  пальцами  морей.
Как  будто  закрываю  веки
Несчастной  Родины  моей. . .

 

ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ
Пусть  не  всегда  была  ты  стойкой
И горькую  пила  украдкой…
Но  всё-таки  была…  прослойкой!
А нынче  стала  ты…  прокладкой.

 

БЕСПРИЗОРНИК
Сидит  посредине  России
На  жутком  её  сквозняке,
И царское  имя  «Василий»
Синеет  на  детской  руке.
Пылает,  горит  костерочек,
Трещат,  будто  в  печке,  дрова,
А чуть  в  стороне,  среди  кочек
Кошачья  лежит  голова.

Гляжу  я  большими  глазами,
А он:  «Дядя,  хочешь  мяска?»
И я подавился  слезами…
Которым  не  верит  Москва!

 

О,  дни  лукавства!  Злобы  лета!
Лжи  и  предательства  стезя.
Отрадней  в  дуло  пистолета
Взглянуть,  чем  ближнему  в  глаза.
Тут  даже  мало    быть  поэтом,
Здесь  только  Богом  надо  быть,
Чтобы  людей  за  все  за  это
Не  ненавидеть…  а  любить.

Египет!  Греция!  Тунис!
Свет  солнца,  женщины  и  зелье!
О,  волшебство!  Круиз!  Круиз  —
Непроходящее  веселье.

  
А у  меня  круиз  —  с  тоской.
Он  у  меня  особой  пробы:
По  морю  глупости  людской
Меж  островами  лжи  и  злобы.


Господь,  вопрос  мой  разреши,
Он  вызывает  опасенье:

Что,  если  Родины  спасенье
В спасенье  собственной  души?
А я грешу,  хоть  в  том  и  каюсь,
Но  при  раскладе  при  таком,
Не  я  ли, Господи,  являюсь
Отчизны  собственной  врагом?!

Под  этим  вечным  небом  стоя,
В своём  заношенном  пальто,
Я задаюсь  вопросом:  «Кто  я?»
И эхом  слышится:  «Никто!».
А может,  нет  меня  на  свете?
И всё  лишь  сон  один,  обман?
Засунул  руку  я  в  карман…
И там  дыра!  - Лишь  свищет  ветер. -
Стою,  сомненьем  обрастаю
В сиянье  солнечного  дня. -
Проносит  ветер  птичью  стаю
Не  надо  мною… сквозь  меня!

Когда измученный тревогой,
Начну придумывать беду,
Я к речке тропкою пологой,
Как к другу верному, иду…
Вернусь оттуда, как из детства:
Нет глупых мыслей в голове,
Нет зла в душе, нет боли в сердце…
Лишь стрекоза на рукаве.